парадоксаф друхъ (lussien) wrote,
парадоксаф друхъ
lussien

Categories:

Дон-михалковщина как зеркало русской цензуры




«Россия! Слышишь страшный зуд? Три Михалкова по тебе ползут…»
В. Гафт

Первый канал сегодня продемонстировал нам то, что скрывал так долго (а именно - с 24 апреля), - запись передачи с участием вельможного лизоблюда нетрадиционной ориентации Н. С. Михалкова (разумеется, со всей его камарильей, в которую входили не только представители возвращенного Никитой к сладкому пирогу семейства Бондарчуков (Бондарчук-младший и зять покойного патриарха, он же заслуженный борец с жидомасонством Н. Бурляев, на съезде кинематографистов назвавший Михалкова «Пересветом», а его съезд «Собором» и разве что ботинок сыну гимнюка еще не целовавший от умиления), но и ведущий передачи А. Гордон, чье поведение на этой «дискуссии» не то что не укладывается в рамки поведения телеведущего, модератора и непредвзятого рефери, но, напротив, очень напоминает истерики Вышинского на судах над «врагами народа», когда он требовал «расстрелять их как бешенных псов». Это выглядело примерно как если бы судья в боксерском ринге стоял за спиной одного из боксеров, кусая его, щипая и царапая. В целом передача напоминала заседание месткома, бичующего алкоголизм, вещизм, низкопоклонство и прочую ихнюю бездуховность и непослушание генеральной линии.

Противостоял михалковской клаке практически один человек – кинокритик и глава гильдии кинокритиков Виктор Матизен, которого Михалков вышвырнул из Союза кинематографистов, попутно назвав Матизена агентом «либерально-атлантической диктатуры», которому за его разлагающую деятельность «заплатили 450 тысяч долларов» (вот с какой точностью все знает господин Михалков!).
Кроме него, на судилище на стороне «ответчиков» присутствовал еще адвокат Андрей Столбунов, но ему практически не дали открыть рот. Матизен же рот поначалу открывал, но ему его, как правило, затыкали. В конце передачи Гордон заявил Матизену: «Я дам Вам 3 минуты высказаться, если Вы мне скажете, зачем пришли сюда с диктофоном». При этих словах вся михалковская камарилья дружно заржала. Матизен начал было объяснять, зачем он это сделал, но Гордон ему ничего объяснить не позволил, и уж тем более не дал никаких трех минут, вместо этого сам вошел в дикий раж и выкрикивал минут пять всевозможные проклятия и обвинения в адрес михалковских недругов и супостатов, обозвав новый союз "союзом клопов и тараканов" и с особой яростью поливая грязью Отара Иоселиани, грузинского "русофоба" и "врага России" (и в этом качестве отличный жупел для аппеляции к зомбированной части аудитории, у которой при определенных словах всегда просыпаются определенные рефлексы), пока бледный Матизен, безуспешно пытавшийся вставить хоть словцо в эти потоки прокурорского красноречия, не пошел на выход. На этом передача и закончилась.

Впрочем, «оппозиции» слово все же дали, даже два раза, хотя и коротко, в виде видеозаписей. Один раз это была запись с Марленом Хуциевым, сидящим в президиуме рядом с другими знаменитыми режиссерами. Обращаясь к ним, он сказал: «Посмотрите, здесь сидят «ослы», так их назвал Никита Михалков: Эльдар Рязанов, Алексей Герман, Вадим Абдрашитов, Гарри Бардин, Андрей Смирнов, Александр Сокуров, Юлий Гусман...» (последних трех, возможно, и не было, точно я не запомнил, но знаю, что это тоже михалковские враги и «презренные подписанты» антимихалковского воззвания, от которых Никита Сергеевич, по его словам, «защищает Родину». Входят в их состав и Ибрагимбеков, и А. Гельман, и Дуня Смирнова, и Садальский, и Лонской, и многие другие, которых не только Михалков, но и Гордон в передаче поносили последними словами и обвиняли во всех грехах (правда, Бурляев, по его словам, знает из них "от силы человек пять). Солидаризировался с ними даже Андрон Кончаловский, уж не знаю, чего тут больше, принципиальности или давней взаимной ненависти братьев-барчуков). Второй раз оппозиционное «слово» дали гениальному мультипликатору Юрию Норштейну, который коротко описал, во что превратил Михалков российский кинематограф и как нагло и по-барски он ведет себя с коллегами (попутно досталось от него и Бондарчуку-младшему, Норштейн назвал его бездарем, бездумно строгающим в свои фильмы, обходящиеся в гигантские суммы, «всякую монтажную шелуху»). Норштейн описал один свой приход в кабинет к Михалкову, который принял его, нагло развалившись в кресле и заявил, что является не интеллигентом, а аристократом. Впрочем, далеко ходить, чтобы убедиться в справедливости этих слов, не надо было, достаточно было пару минут послушать михалковские речи, где он всю дорогу хамил Матизену в лицо, называл его больным и даже заявил: «Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не влепить тебе по морде!», на что тихий и нехаризматичный Матизен ему резонно ответил: «Ты можешь бить, только когда два здоровых лба твоего обидчика скрутят и поставят перед тобой на колени» (намек на то, что "аристократ" не так давно проделал, когда бил ногами по лицу скрученного его охраной юного лимоновца, испачкавшего ему пиджак).

Заходила речь и о том главном, для чего, собственно, Михалкову и нужно безраздельное владение всем кинематографом страны (помимо приятного ощущения себя барином, хозяином страны и культуры и «особой, приближенной к императору»), а именно – материальные вопросы. Но и тут донесена была лишь точка зрения Михалкова, о том, что он «кормит несчастных стариков из своего кармана». О том, откуда у Никиты Сергеича такой широкий карман и как он делит многомиллионные фонды, с таким (как он выразился) трудом выбиваемые им у Путина, речь, естественно, не заходила, Матизену позволили только сказать, что этим «кормлением» Михалков покупает голоса тысяч старых кинематографистов, которые вынуждены за него голосовать, но и эта мысль потонула в брызгах деланного возмущения Бондарчуков, Гордона, Адабашьяна, никому не известного «народного артиста» и чиновника Е. Герасимова, очевидно, состоящего при барине ординарцем, да еще какого-то михалковского человечка с бегающими глазками по фамилии Верещагин. Кстати, как пишет Инопресса, Михалков забирает себе 80% средств, выделяемых на кинематограф. В общем, рулит "распилом бабла" на культуру.

По крайней мере, это то, что осталось в передаче после монтажа. Я читал, что запись длилась 2,5 часа, а осталось от нее (как, кстати, и на всех других передачах нынешнего ростелеящика) 50 минут, постоянно прерываемых рекламой. Впрочем, такая монтажная резка не достигла своей цели: чтобы у непредвзятого зрителя сложилось впечатление в пользу Михалкова, резать надо было в первую очередь его самого, ибо никто так не умеет сам изгадить собственный имидж, как он.

Единственное, в чем Гордон был прав - это когда он сказал: «Это не передача, это акт моего публичного самоубийства!» И действительно, после этой передачи для меня такого человека, как Гордон, больше не существует. Теперь я вижу, какой нужно быть мразью, чтобы получить передачу в системе российского телеагитпропа. Раньше такими мразями я считал только отдельных ведущих типа Шевченко или Пушкова. Хотя в отличие от ратных времен грузинской кампании "десятиминуток ненависти" стало поменьше, но вранья стало больше, с исчезновением Радзинского, Млечина и Сванидзе смотреть и слушать больше почти некого, не считая худфильмов, сталинская же точка зрения на историю победила окончательно и бесповоротно, что особенно заметно было в бесчисленных "документальных" фильмах про войну, коими зрителя в предверии дня Победы пичкали, наверно, добрый месяц.

Ну, а главное, что передача "Гордон-Кихота" однозначно продемонстрировала, - это то, как обстоит в России дело со свободой слова. Раз в кои веки оппозиционная точка зрения попала вроде бы на центральное телевидение (заметим: оппозиционная по отношению даже не к Путину, а всего лишь к одному из его вельмож, и появился на передаче не какой-нибудь непроизносимый вслух в чинном и благородном месте, оснащенном телекамерами, "подлюга" вроде Каспаров или Немцова, не какой-то там ужасный диссидент, а всего лишь кинокритик, выступивший против локального чиновничьего произвола), и эту точку тут же хамски затоптали чекистскими сапогами и заткнули ей рот большой шакальей стаей.

Перестройка началась в 1987 году с отстранения от власти в кино михалковско-бондарчуковского клана. Его возвращением к власти, а затем и насаждением - милостью басманного правосудия - все и кончилось.

P.S. Написав уже этот текст, нашел запись передачи:
http://www.1tv.ru/videoarchive/19908
Пару впечатлений от передачи Матизен записал здесь:
http://www.kinopressa.ru/news/656.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments